alex_ermak (alex_ermak) wrote,
alex_ermak
alex_ermak

Categories:

«При добровольной оплате русские платят чаще, чем американцы»

Очень любопытную информацию о распространении контента опубликовал портал Slon.ru. Самое интересное из материала:

«Руководитель первого сервиса с моделью «заплати, сколько хочешь» Kroogi.ru, альбомы на котором представлял Борис Гребенщиков, бывший технический директор знаменитой платформы Napster Мирослав Сарбаев рассказывает о проблемах краудфандинга в России, музыкальных проектах, перспективах MySpace, пиратстве и защите авторских прав.

– В одном из интервью вы называли Kroogi краудфандинговой платформой. Но в сегодняшнем понимании он не очень типичный, потому как такие площадки в чистом виде обеспечивают сбор денег под конкретные проекты – так называемый префандинг. Вы же по сути используете постфандинг – возможность скачать уже готовые записи. При этом в той модели, наверное, важнее оказывается сила убеждения (ролики на Kickstarter и прочее), а в вашей – личность автора. Какие вы сами делаете различия краудфандинговых проектов и моделей на рынке?

– Когда я начал говорить о Kroogi как о краудфандинговой платформе, в русском языке еще не было такого слова. Краудфандинг тогда понимался нами как любая интернет-технология, которая позволит большому количеству людей скинуться маленькими деньгами, чтобы в результате получилось много денег для поддержки чего-то большого и прекрасного.

На Kroogi реализован как постфандинг, так и префандинг. О постфандинге вы знаете – «скачай и заплати сколько хочешь». Префандинг появился в 2010 году под названием КПД (Кредит порога доверия). Мы помогли нескольким коллективам реализовать успешные проекты (среди них – «Флёр», «Мегаполис», Zорге). Zорге и «Флёр», кстати, проводят у нас по второй КПД-акции прямо сейчас. Есть еще третий тип краудфандинга – careware – организатор сбора просит своих поклонников скинуться на нужды третьей организации. Этот тип тоже реализован на Kroogi. В том же 2010 году, например, «Аквариум» выступил с премьерой альбома «Наша жизнь с точки зрения деревьев», больше половины поступлений за который направлялись фонду «Справедливая помощь» доктора Лизы Глинки.

Но вернемся к префандингу, который теперь так популярен. Мы поработали по этой модели в 2010 году и решили, что для широкого использования КПД в России модель еще не доизобретена. КПД, он же префандинг – это ни что иное, как воплощениe того, что в теории игр называется Assurance Contract или Provision Point Mechanism. Впервые эту модель – еще до интернета – подняли на щит либертарианцы и анархо-капиталисты.

Итак, Assurance Contract – это обещание большого количества пользователей заплатить за что-то небольшие деньги в случае, если наберется критическая масса плательщиков.

В условиях развитой кредитной системы (как в США, например) есть миллион дешевых и эффективных способов заставить человека выполнить свое обещание. В условиях России, где кредитная система находится на этапах становления (быстрого, но все же становления), самый верный способ – взять деньги сразу.

В этом случае возникает проблема – что делать, если не соберется необходимое количество участников? Возврат денег стоит дорого, кто будет за это платить? Разные российские платформы по-разному решают эту проблему. Например? «Планета» в конце акции зачастую меняет запрашиваемую сумму и таким образом превращает неудачный проект в удачный.

Я не говорю, что это плохо. Музыканты получают собранные деньги. Но это очень дорого обходится самой «Планете». Кто-то должен был подумать и принять решение подкрутить цифры. Потом кто-то должен следить за тем, что за 50–60% изначально заявленного бюджета артист выполнит обязательства, данные с расчетом на 100%. Это трудно и практически не масштабируется.

Boomstarter с этой проблемой имеет дело по-другому. У них в случае неудачи деньги возвращаются на «внутренний баланс». Это может взорваться – возникнет волна недовольства тем, что деньги за неудачную акцию не отдают в руки, а кладут на банковский счет Boomstarter. Чтобы этого не произошло, Boomstarter приходится тратить огромное количество сил, чтобы отбирать проекты, которые с высокой вероятностью станут успешными.

На данный момент еще не изобретена бизнес-модель краудфандинга, которая бы позволила в России собирать деньги не только для заведомо успешных проектов, но для всех желающих, и которая бы обеспечила финансовую независимость самому краудфандинговому бизнесу.

У нас есть кое-какие идеи по решению этой проблемы, но они пока находятся на стадии проверки на вменяемость…

– Каким видите ближайшее будущего механизма «Заплати сколько хочешь» в России?

– У этой модели – огромное будущее. Собственно, это одна из главных моделей экономических отношений между людьми будущего.

«Заплати сколько хочешь» – это экономика, управляемая совестью. Когда об этой системе говорят в России, нередко слышна фраза: "русские склонны к халяве". Я должен сказать, что при добровольной оплате русские платят не меньше и зачастую чаще, чем англичане, американцы или немцы.

Одно из фундаментальных различий между жителем бывшего СССР и жителем западного мира в том, что на протяжении последних ста лет у русского человека сложилось чувство глубокого недоверия по отношению к системе. В отличие от, скажем, немца или американца, которые целиком и полностью на нее полагаются

Когда американец сталкивается с добровольной оплатой, у него в голове проскальзывает мысль, что даже если он сейчас не заплатит, то справедливая система это как-нибудь компенсирует. Русский же человек в этот момент думает: «Если не я, то кто?» И платит чаще. И это правильно, потому что система – не компенсирует.

С другой стороны, механизм «заплати сколько хочешь» еще недостаточно дал ростки в коллективном бессознательном. Этот принцип будет работать для каждого творца в отдельности, но не может работать в качестве единственной составляющей и основы бизнес-модели «агрегатора». Это должно быть частью чего-то большего…

– Ранее вы говорили о том, что проект существует на деньги инвесторов. Сначала «Круги» не спешили с монетизацией, потом вы говорили о том, что будете брать 10%, в итоге стали брать 15%. Скажите, пожалуйста, во-первых, как все же работает эта модель (какой процент и за какой период / или каждую транзакцию) и смогли ли вы выйти на окупаемость? Если нет, то как живете сейчас и как планируете развиваться дальше.

– Мы всегда брали 15%. Если когда-либо в прессе появлялась другая информация, это, скорее всего, результат недопонимания. Если бы мы не тратили ресурсы на развитие, мы бы сейчас окупались. Сейчас нас продолжают поддерживать инвестиции. ROI не за горами.

– Павел Дуров неоднократно отвечал на обвинения «ВКонтакте» в распространении пиратского контента тем, что музыканты должны забыть о такой бизнес-модели, как продажа своих треков. По его мнению, зарабатывать сейчас можно концертами, продажей футболок и прочими вещами. Весь же контент в мире будущего должен свободно перемещаться между людьми. Как вы считаете? Вы сами против пиратства?

– Под пиратством разные люди понимают очень разные вещи. Давайте в рамках этого разговора называть пиратством широкомасштабное распространение музыки против воли правообладателя. Я категорически против такого пиратства.

Однако закон, на который опирается система защиты правообладателей от пиратства, требует значительного пересмотра. Особенно это заметно в двух областях: fair use и derivative works.

Fair use. В классической трактовке если я купил диск, и сделал копию для одного друга – это считается легальным fair use. Такое использование проходит так называемый four factor balancing test, потому что не оказывает значительного влияния на экономику дистрибуции диска законным правообладателем. Однако если вместо диска в этом же сценарии будет фигурировать файл, то теоретически возможен вариант, когда каждый получивший этот файл в свои руки скопирует его только одному (!) другу, и это вызовет лавинообразное насыщение рынка – что полностью подорвет продажу контента правообладателем. Fair use, как мы его понимали в XX веке, не работает.

Делиться музыкой с друзьями – опасно для правообладателя. С другой стороны, это подрывает механизм вирального продвижения, что не менее опасно для правообладателя.

Derivative works. Закон запрещает распространение ремиксов и каверов без соответствующей лицензии от правообладателя работы-оригинала. Однако существует мнение, что в наше время пост-пост-постмодернизма «все – ремикс». Да и не только в наше время. Крылов – это ремикс Лафонтена. Лафонтен – ремикс Эзопа и так далее. Наиболее иллюстративно в этом смысле выступление Кирби Фергусона на ted.com, которое называется «Emrace the Remix». В этом выступлении он показывает, как всем известные хиты Боба Дилана – ни что иное, как «ремиксы» более ранних американских произведений. Если посмотреть на ситуацию с этой точки зрения, совершенно очевидно, что закон о derivative works – это очень серьезное препятствие на пути культурного прогресса человечества. Для проблемы fair use предложена масса решений, но ни одно из них не является всеобъемлющим и бесспорным. Модель добровольных платежей – это одно из частных решений проблемы. Prepayment (то, что сейчас принято называть краудфандингом) – это другое частное решение той же проблемы. Третье красивое (в теории) решение предложено Никитой Михалковым. Четвертое – моделью Spotify.

Решений проблемы derivative works известно гораздо меньше. Хотя она не менее фундаментальная, чем первая.

– Вы давно живете в Америке, где авторское право охраняется законодательно намного больше, чем в России. Кто должен реализовывать эти законы и каким образом?

– Закон, охраняющий интеллектуальную собственность, абсолютно необходим. Другое дело – насколько разумно выстраивать конструкцию из трех рядов колючей проволоки и маленького окошечка с кассой вокруг музыкального произведения. Важно понимать, что это два не связанных друг с другом вопроса. У человека, обладающего интеллектуальной собственностью, должна быть возможность защитить свое право использовать и монетизировать эту собственность. Однако в современном мире этот закон нарушается настолько масштабно, что совершенно очевидно, что он не работает и его надо менять.»

Tags: авторское право, интернет
Subscribe

promo alex_ermak december 23, 2012 21:00 17
Buy for 100 tokens
Похоже, мы становимся свидетелями завершения операции «Евросоюз», которую провернула Германия. Потерпев поражение в двух мировых войнах, эта страна не уняла свои амбиции и нашла мирное решение для установления контроля над Европой. Зачем воевать, убивая своих и чужих граждан, когда…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments